Березин (berezin) wrote,
Березин
berezin

Categories:

История про то, что два раза не вставать

Есть такой хороший писатель Соболев (1898-1971).
В 1932 году он написал роман «Капитальный ремонт» о русском флоте накануне Великой войны. Там есть такое место: «Огромный двуглавый орел, приклёпанный к броне над длинным медным названием “Генералиссимус граф Суворов-Рымникский”, осенённый кормовым флагом, воинственно расправлял свои зубчатые крылья и смотрел на Шиянова обеими своими хищными головами. Увидев его, Шиянов нахмурился: угольная пыль за целый день погрузки осела на крыльях орла мелкой черной мукой и резала флотский глаз».
Матроса посылают чистить орла. Матрос этот обижен.
«- Сволочь, - сказал он вслух, потому что никто, кроме часового у флага высоко над его головой, не мог этого услышать. - Сволочная птичка... Полетай, полетай, крылышки обрежем! Воевать захотела?
Орел безмолвно смотрел на него, кося своими выпуклыми слепыми глазами.
Георгий Победоносец на щите, вделанном в грудь орла, неудержимо скакал на тонконогом коне через зелено-грязные потеки чистоля к новым победам.
Злоба вновь охватила Тюльманкова. Он встал на шаткой беседке и с маху начертал всей ладонью по тусклому налету чистоля, от крыла к крылу, короткое непристойное слово. Оно легло на орла, как пощечина.
- Вот и сохни так, сука! - сказал удовлетворенно Тюльманков и принялся яростно тереть когти и лапы орла. Тряпка мгновенно почернела, точно от крови.
Первая буква слова, ляпнутого Тюльманковым на орла, косым андреевским крестом накрест перечеркивала герб. Слово прилипло к нему, как некая новая геральдическая деталь. Геральдика, мудрая наука о гербах, рекомендует помещать на них короткий девиз, выражающий внутренний смысл помещенных в гербе изображений.
Но за все четыре с лишком века кропотливой возни с двуглавым орлом никакая геральдика не могла придумать столь выразительного и исчерпывающего девиза.
Он непередаваемо зло и коротко выражал всю тщету надежд самонадеянной птицы».
Леонид Соболев был настоящий писатель – из тех, кто пробовали каждое слово на вкус в двадцатые, а потом, став Героями Социалистического труда писали темно и вяло. Но тут, в этом коротком отрывке, видно, как средствами литературы можно написать короткое русское слово где угодно, в сущности не нарушая общих правил.
Вот про что я вспомнил, читая, как множество людей обсуждает их трёхдневную жизнь в лексическом ограничении.

Извините, если кого обидел
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 15 comments