История про частное письмо №4
(Далее письмообрывается, и вновь начинается уже совсем иным шрифтом - лакуна третьего письма объясняется обсуждением общих знакомых - это, как и большинство обращений ко мне я, естественно, опускаю)
..."Партенит – прескверный городишко, здесь я был сегодня по-булгаковски «разоблачён», вдобавок меня едва не утопили.
Познакомился с какими-то местными типами. На вид – очень дружелюбными, по-южному гостеприимными. Единственное, что настораживало – желание выпить на халяву. «Капуста, говорит кончилась». Мы уже договорились ехать на ночной лов мидий куда-то за Аю-Даг. Все чики-пики, гитару возьмем.
Совершенно случайно прошел с моим новым приятелем возле палатки.
Оля аж содрогнулась. Ты что, с Чибой познакомился?! Как, я понял, кликухой его наградили отнюдь не за пристрастие к хорошему сорту кофе.
Так вот, Чиба – бывший местный авторитет, держал весь поселок, но после последней отсидки влияние потерял.
Юля выразилась в том смысле, что не я в ту ночь буду есть мидии, а мидии меня. И привела факты, сколько людей «случайно» падают каждый год с Аю-Дага. В общем, постепенно узнаю о другой стороне курортной жизни.
Да, теперь о разоблачении, видишь ли Владимир Сенергеевич, вступить в связь с местной девушкой несравненно труднее, чем с любой отдыхающей. Но это, конечно, слишком легкая победа, то что в спорте называется «потеря темпа».
Собственно, отдыхающие для этого сюда и приезжают – оторваться и разъехаться навсегда. А местным – здесь жить. Поселок – не город, все все-равно узнают и будут потом весь год судачить. Вдобавок местные дивы – все невероятно целомудренны; при слове «куннилингус» их глаза, цвета безоблачного Крымского неба, распахиваются так широко, а длиннющие ресницы, цвета безлунной Крымской ночи, хлопают так изумлённо, что я каждый раз не выдерживаю и разражаюсь безумным хохотом, чем порчу всё впечатление. Ну не от куннилингуса, конечно. Тьфу, совсем заврался. Ну не то что бы они девственницы, но они серьезно относятся к сердечным отношениям. У всех симпатичных девушек есть свои постоянные кавалеры, причем, обычно, тоже местные. У Оли например парень временно в Симферополе, а за ней надзирает его дедушка. Юля в начале лета рассталась со своим «бывшим мужчиной», но путь к её сердцу закрыт на крепкий замочек. Вдобавок, по чьей-то извращенной административной фантазии, все номера как минимум двухместные и заселяются людьми одного пола. Меня наконец поселили в двухместный номер с удобствами и соседом – военным. Ведь это вообще-то военный санаторий.
Если я приведу девушку, то наверняка услышу что-нибудь типа: «Пять минут – разобраться, чья жопа, и спать!».
Так вот, в определенном смысле это был подарок судьбы, сосед два дня не ночует в номере. И вот разработал тщательный план на основе знания женской психологии..."
..."Партенит – прескверный городишко, здесь я был сегодня по-булгаковски «разоблачён», вдобавок меня едва не утопили.
Познакомился с какими-то местными типами. На вид – очень дружелюбными, по-южному гостеприимными. Единственное, что настораживало – желание выпить на халяву. «Капуста, говорит кончилась». Мы уже договорились ехать на ночной лов мидий куда-то за Аю-Даг. Все чики-пики, гитару возьмем.
Совершенно случайно прошел с моим новым приятелем возле палатки.
Оля аж содрогнулась. Ты что, с Чибой познакомился?! Как, я понял, кликухой его наградили отнюдь не за пристрастие к хорошему сорту кофе.
Так вот, Чиба – бывший местный авторитет, держал весь поселок, но после последней отсидки влияние потерял.
Юля выразилась в том смысле, что не я в ту ночь буду есть мидии, а мидии меня. И привела факты, сколько людей «случайно» падают каждый год с Аю-Дага. В общем, постепенно узнаю о другой стороне курортной жизни.
Да, теперь о разоблачении, видишь ли Владимир Сенергеевич, вступить в связь с местной девушкой несравненно труднее, чем с любой отдыхающей. Но это, конечно, слишком легкая победа, то что в спорте называется «потеря темпа».
Собственно, отдыхающие для этого сюда и приезжают – оторваться и разъехаться навсегда. А местным – здесь жить. Поселок – не город, все все-равно узнают и будут потом весь год судачить. Вдобавок местные дивы – все невероятно целомудренны; при слове «куннилингус» их глаза, цвета безоблачного Крымского неба, распахиваются так широко, а длиннющие ресницы, цвета безлунной Крымской ночи, хлопают так изумлённо, что я каждый раз не выдерживаю и разражаюсь безумным хохотом, чем порчу всё впечатление. Ну не от куннилингуса, конечно. Тьфу, совсем заврался. Ну не то что бы они девственницы, но они серьезно относятся к сердечным отношениям. У всех симпатичных девушек есть свои постоянные кавалеры, причем, обычно, тоже местные. У Оли например парень временно в Симферополе, а за ней надзирает его дедушка. Юля в начале лета рассталась со своим «бывшим мужчиной», но путь к её сердцу закрыт на крепкий замочек. Вдобавок, по чьей-то извращенной административной фантазии, все номера как минимум двухместные и заселяются людьми одного пола. Меня наконец поселили в двухместный номер с удобствами и соседом – военным. Ведь это вообще-то военный санаторий.
Если я приведу девушку, то наверняка услышу что-нибудь типа: «Пять минут – разобраться, чья жопа, и спать!».
Так вот, в определенном смысле это был подарок судьбы, сосед два дня не ночует в номере. И вот разработал тщательный план на основе знания женской психологии..."