Березин (berezin) wrote,
Березин
berezin

Categories:

История про "Паутину" №9

Понятно, что «Паутина» написана ещё тогда, когда станция «Мир» только скорбно зависла на орбите, ещё только готовясь к водным процедурам. «Паутина» написана тогда, когда 9.11 было бессмысленным сочетанием. И, если я не ошибаюсь, тогда, когда слово «дефолт» было известно только экономистам.
На том историческом фоне отставной профессор литературы, что мечется между хакерами и спецслужбами, путешествует по расширенной реальности был зеркальным отражением героя «Невозвращенца»
Но изменение скорости и запаха времени не объясняет литературных проблем. Не объясняет повалившийся в ничто финал «Паутины» – когда вдруг всё происходившее оказалось не то сном, не то видением. А куда делся весь спиритуоз – неизвестно ни мне, ни прочему читателю. Потеря темпа повествования неясность и скомканность – всё это можно объяснить творческим замыслом. Не объясняет проблем с языком.
Да вот беда… (и тут я, наконец, расскажу про третью фразу Александра Рекемчука.)
Рекемчук говорил, что писатель не имеет права ничего объяснять после того, как он бросил текст в общество.
То есть, автор кончил писать, текст его выстраданной книги уже рвут на части тупые волки-критики и уроды-читатели, его хают завистники, а объяснять нельзя.
Текст самодостаточен.
Публичные объяснения никого не убедят, всё выйдет только хуже. Разве друзьям - под крепкие напитки.
А ругань – дело хорошее. Создаётся иногда впечатление, что Андреев – единственная оппозиция монопольному сообществу фантастов. А оппозиция – дело хорошее, необходимое любому правительству, даже монопольному.
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 45 comments