Березин (berezin) wrote,
Березин
berezin

Categories:

История про "Паутину" №3

...Надо сказать, что я очень дружелюбный критик романа "Паутина" - готовый идти на диалог, не ангажированный ни корпоративными правилами, ни деньгами, ни собственным снобизмом, ни желанием учительствования. Всё это получается у меня криво и неправильно, корпорации отвергают меня как донорская жопа - чукчу, деньги растворяются в воздухе (об этом я уже писал), а для снобизма нужно научиться носить галстук.
При этом я впервые сел за клавиатуру в 1983-ем, локальную сеть увидел в 1986-ом, а глобальную в 1989.
Был бы роман говно без палки, я бы не тратил на него моё угрюмое ночное время. Смотрел бы себе и смотрел сейчас французский порнографический канал XXL и горя себе не знал.
И вот, ставя себя на место автора, я думаю - написал бы я, писатель Битов, первый в России роман, построенный на сетевой теме, обосновал бы свои взгляды на проблему - и тут, откуда ни возьмись, приходит упитанный коммерческий упырь Вознесенский и ну печь, быстро как блины романы про то же самое.
И на вопрос "кто у нас тут главный по киберпанку?" орава народу отвечает хором: "Главный по киберпанку у нас коммерческий писатель такой-то".
Тьфу, не то что будь я Битовым, а самим собой, не то что педофилом обозвал бы этого Вознесенского - так просто навешал бы ему люлей по самое не балуйся. Потому что общественное мнение - глупая скотина, что-то вроде пьяного из анекдота:
Пьяный приходит в аптеку и начинает требовать портвейн. Из окошечка отвечают, что это - аптека и портвейном они не занимаются. Пьяный отвечает, что всё понимает, знает, что не задаром, и что вот они, деньги.
Из окошечка возмущенно требуют прекратить.
Пьяный, покопавшись в карманах, добавляет мятый рубль (анекдот старый).
- Побойтесь Бога, - произносит он, получив ещё раз отказ, - это всё, что есть.
- Нет портвейна, нет! - кричит ошалевшая женщина в окошечке.
Наконец, пьяный уходит.
Он возвращается через два часа и видит за стеклом объявление, написанной дрожащей рукой: «Портвейна нет».
- Значит, всё-таки был, - говорит он и вздыхает.
Вот образец той психологии, о которой я говорю. Вот образец рождения мифа, и главное в нём общественная жажда, которая – всё, а общественный имидж – ничто. И даже общественная жажда – которая наше всё.
Но это ещё не всё - между романами условного Битова и условного Вознесенского есть ещё и другая связь.
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 1 comment