Березин (berezin) wrote,
Березин
berezin

Categories:

История про то, что два раза не вставать

Меня очень давно занимала история про скромного французского служащего Бодю. Помимо сюжета, она занимала меня тем, что я никак не могу вспомнить, откуда она взялась в моей жизни. Кажется, я всё-таки её где-то прочитал - но где?
Это история про одного банковского служащего по имени Бодю, очень скромного, с нищенской заплатой. Его начальник даже жалеет его, пытается найти что-то в нём интересное, человеческое, но понимает, что его подчинённый - просто серая канцелярская мышь. И к его великому удивлению, он вдруг встречает Бодю в дорогом ресторане, причём официанты относятся к Бодю с особым уважением, даже с подобострастностью.
Директор ничего не может понять.
14 июля директор банка с большим трудом попадает на приём в Елисейский дворец, и опять обнаруживает Бодю, в его обычном скромном костюме, беседующего с супругой президента Франции. Причём и сам президент приплясывает рядом, и, судя по всему, Бодю рассказывает что-то смешное, потому что все покатываются со смеха.
Это поражает директора банка, и когда Бодю перед Пасхой просит отпустить его пораньше на пару дней, то директор решает за ним проследить. Бодю отправляется на вокзал, директор - за ним. Бодю едет в Италию, и так директор банка попадает в Рим. В толпе он теряет Бодю, и на следующий день обнаруживает, что Бодю стоит рядом с Папой, приветствующим народ.
Директор банка с выпученными глазами, в исступлении, хватает за рукав какого-то итальянца, и тычет пальцем в окно с немым вопросом.
Итальянец хлопает его по плечу:
- Так это же наш Бодю! А вот кто это рядом с ним в этой странной шапочке, я и сам не знаю.
Понятно, что это не советский анекдот, а, возможно, какая-нибудь новелла - скажем, конца века девятнадцатого, кочующая по странам. Кажется, именно тогда стал шире развиваться процесс перехода "обратно в фольклор". (Он всегда был, но тогда как-то уширился).

И, чтобы два раза не вставать, я расскажу недавнюю историю про поиски трески и лисы. Треску я, впрочем, не искал, она нашлась сама.
Так вот, в детстве у нас в доме не было приёмника - мало того, что в те времена исторического материализма никакого буйства FM не наблюдалось, так и приёмники ВЭФ использовались на даче только для прослушивания свободолюбивых клеветонов. Дома жили так называемые "трёхпрограммники" -  величиной с этот коротковолновый приёмник, сделанные из мгновенно желтеющей как бы белой пластмассы, устройства.
Было у них три кнопки или три положения тумблера - первый был официальный, скучноватый.
Совершенно не помню никаких передач, кроме "Пионерской зорьки" и концерта по заявкам "В рабочий полдень". На второй кнопке жила радиостанция "Маяк", отбивая раз в час точное время, а вот на третьей, как на последней страницы гназеты, было самое интересное - там, по утрам в будние дни, часов в десять, шла передача "Театр у микрофона". На записях этих спектаклей до сих пор зарабатывают какие-то сайты.
Но иногда вместо полновесных театральных спектаклей, там передавали инсценировки.
И вот я слушал по "третьей кнопке трёхпрограммника" какую-то постановку по американской классике, и там, как мне казалось, дети кричали "Билл Пибоди поймал лису! Билл Пибоди поймал лису! Билл Пибоди поймал лису!"
Дети дразнились, но этот ритм намертво вклеился мне в голову.
Я, впрочем, понимал, что это, возможно не Билл, возможно и не лису, да, может, и не дети.
После этой фразы раздавалась музыка, что-то из мира толстых, и, чувствовалось, что у героя после этой дразнилки была психотравма на всю жизнь - он это несколько раз вспоминал за всю радиопостановку.
И, как всегда, когда ищешь что-то много лет, ответ обнаружился внезапно - это один из рассказов Олдриджа.
Правда, сли мы настоящие исследователи, то должны предполагать, что выражение "по рассказам"  - хитрое, и в воле отечественного режиссёра было слить несколько рассказов Олдриджа (Лауреата Ленинской премии, кстати), и добавить этот хор мальчиков и Бунчиков.
Что касается самого Джеймса Олдриджа, то дело, разумеется, не в том, что ему в 1973 году дали эту Ленинскую премию - автору "Последнего дюйма" я бы не пожалел её, пусть даже она была не за литературу, а за "укрепление мира между народами". Отчего-то Олдриж казался тогда. много лет назад, американцем - хоть он и родился в Австралии, а жил в разных местах Британской империи. Но это уже издержки, как потом стали говорить, двухполярного мира.
Итак, вот этот незабываемый голос Валентины Сперантовой - и детский крик, где нет никакого Пибоди, а вместо него Вудли, не Билл, а Том, к лисе добавлена треска, и рок-н-ролл, что казался тебе тогда музыкой разврата. 
Люди, кстати, лучше помнят именно детские передачи - те звуки, под которые они собирались в школу, то что они слышали, когда готовили уроки - в шорохе мышином, в скрипе половиц, медленно и чинно, клмитет охраны авторских прав природы в стране литературии, удивляясь тому, удивляясь сему, удивляясь упругости стали, удивляясь тому, чему люди уже удивляться давно перестали.
Будущего нет, есть только прошлое в замурованных проводах радиоточек, где сохранились голоса нашего детства.

Извините, если кого обидел
 
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 24 comments