Березин (berezin) wrote,
Березин
berezin

История про то, что два раза не вставать


ГЛАВА III
ЧЕРНОГОРСКАЯ КРЕПОСТЬ



Э,  эх,  эх,  ох,  ох,  ох
Чёрная галка,
Чистая поляна.
Ты же, Марусенька
Черноброва!
Что же ты не ночуешь дома?

Солдатская песня


Черногорская крепость была небольшой, офицеров служило при ней мало. Вместе с комендантом проживало и его семейство – жена и дочь. Артиллерийской частью заведовал немец Иоганн Карлсон, сразу не понравившийся Петровичу своей развязностью. Малыш, впрочем, ним сразу подружился, а проиграв ему сто рублей, подружился ещё больше.
Комендантская дочь, девушка лет осьмнадцати, круглолицая, румяная, с светло-русыми волосами, гладко зачесанными за уши, Малышу с первого взгляда не очень понравилась. Малыш смотрел на нее с предубеждением: Карлсон описал ему княжну Мэри, как все её тут называли, совершенною дурочкою.
Но потом княжна вошла в его сердце, как говорят у нас пииты «нарезом».
Он даже сочинил ей на случай стихи.
Переписав их, Малыш понес тетрадку к Карлсону, который один во всей крепости мог оценить произведения стихотворца. После маленького предисловия вынул Малыш из кармана свою тетрадку и прочёл ему следующие стишки:
 

Ты, узнав мои напасти,
Сжалься, Мэри, надо мной,
Зря меня в ей лютой части,
И что Малыш пленен тобой.

 
 – Как ты это находишь? – спросил Малыш Карлсона, ожидая похвалы. К великой его досаде, Карлсон, обыкновенно снисходительный, решительно объявил, что песня его нехороша.
 – Почему так? – спросил Малыш его, скрывая свою досаду.
 – Потому,– отвечал он,– что такие стихи достойны лишь Василья Кирилыча Тредьяковского, и очень напоминают мне его любовные куплетцы.
 Тут он взял от него тетрадку и начал немилосердно разбирать каждый стих и каждое слово, издеваясь самым колким образом. Малыш не вытерпел, вырвал из рук его тетрадку и сказал, что уж отроду не покажет больше ему своих сочинений. Карлсон посмеялся и над этой угрозою. «Посмотрим, –  сказал он, –  сдержишь ли ты своё слово: стихотворцам нужен слушатель, как старому князю  графинчик водки перед обедом. А кто эта Мэри, перед которой изъясняешься в нежной страсти и в любовной напасти? Уж не княжна? Да и верно, кому ещё тут писать».
  – Самолюбивый стихотворец и скромный любовник! – продолжал Карлсон, час от часу более раздражая Малыша,– но послушай дружеского совета: коли ты хочешь успеть, то советую действовать не песенками.
 – Что это, сударь, значит? Изволь объясниться.
 – С охотою. Это значит, что ежели хочешь, чтоб молодая княжна ходила к тебе в сумерки, то вместо нежных стишков подари ей пару серёг.
 Кровь Малыша закипела. «А почему ты об ней такого мнения?» – спросил он, с трудом удерживая свое негодование.
 – А потому,– отвечал он с адской усмешкою,– что знаю по опыту её нрав и обычай.
 – Ты лжешь, мерзавец! – вскричал Малыш в бешенстве, – ты лжешь самым бесстыдным образом.
 Карлсон переменился в лице. «Это тебе так не пройдет,– сказал он, стиснув Малышу  руку. –  Но сперва пошалим».
И они пошалили, а потом опять пошалили, и потом снова, и в итоге Малыш проснулся наутро с больной головой и вкусом медной ручки во рту.

Извините, если кого обидел 
 

Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 8 comments