Березин (berezin) wrote,
Березин
berezin

Categories:

История про то, что два раза не вставать

Продолжая нашу внутреннюю тему, о которой я уже сделал два замечания.
Я сделал странный вывод - если собрать сто человек и попросить их описать понятие "дизельпанк", большинство из них вспомнит о дирижабле. Почему так, я ещё не понял, но что-то с этими дирижаблями нечисто. Впрочем, есть такая история: у нас был такой родственник, очень красивый человек, капитан первого ранга Реммер. Так вот он как-то, шутя, выговаривал моему отцу: "Ну вот что ты за авторское свидетельство оформляешь? На антенну, которая расположена на ракете... Вот как я пишу: "Подводная лодка, которая отличается от всех существующих маленькой антенной, которая..." И вот этот дирижабль, как маленькая антенна, которая приделана к огромному количеству грелочных рассказов.

Дальше меня попросили прочитать рассказ "Другие берега".
Честно говоря, я сразу подумал, что это история про писателя Набокова, что летит на дирижабле "Гинденбург" в Нью-Йорк, и к нему подсаживается попаданец, уговаривающий надеть парашют. Но нет, урановые рудники (там сразу появляется "автомат с круглым барабаном", это видимо синтез "магазина" и "револьверов", впрочем "револьверные ручки" там тоже сразу появляются. И прекрасное "Я вколол вам  тринитробутитропил! Если будете вести себя хорошо, дам вам сыворотку!". Но я не придираюсь, даже ко всем этим "Замочные зубья со скрежетом скрылись в бетон пола" - придирки эти редакторские, то есть, хорошо бы чувствовать словестные конструкции, а если нарушать принятый строй речи, то осознанно, для чего-то.  
Тут я сделаю третье замечание, на всяких конкурсах принято издеваться над стилистическими и грамматическими ошибками - это очень правильно. Я раньше очень любил этих плюющихся и ругающихся помошников, потому что, читая их, сидел дома, и спокойно исправлял описки и ошибки. Это большая польза. (Правда потом, уже в "Новом мире", редакторы находили ещё горсть, потом ещё полгорсти находил корректор журнала, а спустя пару лет, корректор в издательстве (я клянусь, всё вносил!), щедро усыпал поля правкой. Но к чужим замечаниям об ошибках нужно относиться аккуратно. Во-первых, корректоры и редакторы иногда люди не очень образованные - например, мне как-то исправили (не в "Новом мире", конечно, а в "Если" цитату "На пригреве тепло, только этого мало" на "На припёке тепло...", а одному моему доброму товарищу поставили восхитительные кавычки "бритва "Оккама"" - кстати, почему в парфюмерно-жестяной индустрии нет такого бренда, совершенно непонятно. В любительской литературе и того пуще - прекрасно, что люди читают Розенталя, но иногда плохопереваренный Розенталь оказывает дурное действие. От него пучит и становится не по себе. Потому ещё не по себе, что язык сложное вещество, и переставь запятые классикам, поправь Гоголю лексику - такое выйдет, мама не горюй. Большая часть грелочников вслепую бы издевалась над Андреем Платоновым (Я этого не проверял, но несчастному Александру Грину они с моей подачи уже кричали "Если вы будете тщательнее работать и переписывать свои рассказы, то из вас, может быть, что-то получится". Одним словом - лишняя корректура никогда не мешает, но относится к ней надо осторожно.
Придерёшься тут к написанию "Дженерал электрикс" - а ну как, это так задумано, такая в этом мире General Electric Company. Такое смешение американского с нижегородским, когда водитель из Арканзаса кричит: "Работай, падла!". Это я ещё не дошёл до строчки: "Инспектор Эйбс сложился в форму, наиболее близкую к окружности". (Там ещё второй раз это сказано, для тех кто не понял про окружность с первого раза: "Эйбс часто и внезапно менял направление разговора, рассчитывая, что его собеседник не впишется в поворот и невольно раскроет что-то о конечном пункте своего путешествия, а может и о цели оного. Но тот вёл разговор безупречно, держа себя за воспитанного, почти светского простачка-балагура. А потом он, сославшись на духоту, опустил окно и очень мощно начал выталкивать инспектора за борт. Тот не ожидал такой силы в плечах противника, да ещё рука соскользнула в ответственный момент. Пришлось принимать форму окружности".  Там ещё много оборотов типа "Выдержат ли горы такого наплыва посетителей? Что-то я не заметил инфраструктуры". "Вы что себе позволяете! — закричал он вниз.  Но человечек был глух к пеняниям".
Это происходит вот почему - человек говорит на языке бытового канцелярита. Это совершенно нормально. Заставь его два раза переписать от руки "Другие берега" Набокова, то он будет писать "под Набокова" - помните, что я рассказывал про человека, который жрал чёрную икру и ею же гадил.
Для интересующихся перескажу кратко сюжет: в Америке один маньяк стрито огромного человекоподобного робота, но для того, чтобы он заработал нужны усы Сталина, усы Сталина как-то достают с помощью шпионки, робот заводятся, но тут прилетают красные и дают всем пиздюлей. Робот разваливается, видны титры "конец". Этот рассказ очень интересный - это пример того, как     автор не контролирует сюжет. То есть, прорвало фановую трубу - и человек, чтобы хоть как-то вернуть стройность течению жизни, затыкает дырку тряпками, сапогами жены, диваном, телевизором, подшивкой "Нивы" за 1913 год. То есть - творит суетливое безумие, мечется от буффонады к комиксу, от пафоса к низовой речи. А суетится не надо - стой, получай свой фан.
Да - забыл. Дирижабль там есть. Куда без него.

Извините, если кого обидел

Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 37 comments