Березин (berezin) wrote,
Березин
berezin

Category:

История про дарёные книги

.

Надо сказать, что я несколько поторопился с похвалами Огневу, потому что обнаружил, что он вставил в мемуары какие-то свои статьи. "Если в первых произведениях Айтматова мы воспри­нимали мифологичность его творчества как явление на­циональной стихии, то со временем не могли не понять и процесса как бы обратного — от современного состоя­ния мира идет его художественная мысль. И встречает­ся на этом пути с традициями глубокой древности. Я думаю, мы вообще пишем летопись не только своего времени. Наша летопись бесконечна и связана с прошлым и будущим" - не надо так писать, и мне это всё угрюмо тяжело, и не только потому, что я не люблю Айтматова.
Это такой унылый стиль проходной статьи в советской "Литературной газете", анализ известно чего Горенфельда.

У Огнева, между тем, есть место, касающееся Шкловского и Якобсона - об их отношениях написано много и даже снят неплохой фильм, не снимающий, впрочем, многих психологических загадок.
Вот это место: "
Шкловский подарил мне на день рождения книгу Юрия Тынянова «Архаисты и Пушкин» с его автографом: «Борису Эйхенбауму (горе и даже два — уму!)». Автограф полностью такой:

Был у вас
Арзамас.
Был у нас
ОПОЯЗ
И литература.
Есть заказ
Касс.
Есть указ
Масс.
Есть у нас
Младший класс
И макулатура.

Там и тут
Институт,
И гублит,
И главлит,
И отдел культурный.
Но главлит —
Бдит,
И агит —
Сбыт.

Это ж все быт,
Быт литературный!

Это окончательный текст. Правка рукой Тынянова. Чернила бледнеют. Правка сделана более четким пером.

Я берегу эту книгу, как и другую, тоже подаренную мне В.Б. по другому случаю. «Пушкин и Тютчев» «Общество изучения поэтического языка» - русская школа литературоведения 1910-1920-х годов (В. Шкловскии, Ю. Тынянов, Р. Якобсон, Б. Эйхенбаум и др.) с автографом того нее Юрия Тынянова: «Б. Эйхенбауму в память боя при местечке Жирмунский».

Работа написана в 1923-м. Издана в следующем. Сноска такая: «Доклад, читанный в Секции Художественной словесности, 13.IV. 1924 г.».

Судя по сноске в книге «Пушкин и Тютчев» на с. 126, первая из приведенных мною работа, «Архаисты и Пуш­кин» , напечатана была в «Сборнике Иссл. Инстр. науч. лит. и яз. Зап. и Вост. при Ленингрдск. Унив.».

Когда я познакомился с Романом Якобсоном (было это в один из его московских приездов — дату не со­хранила память — на квартире Овадия Герцевича Савича), Якобсон жадно переписывал автографы в свою записную книжку. Следовательно, автографы Ю. Тынянова не были широко известны.

А насчет даты приезда Якобсона исследователям может помочь такая деталь: Якобсон уже резко дистанцировался от Шкловского, к которому я напрасно его звал.

Еще его обидело то, что на книге «О чешском стихе преимущественно в сопоставлении с русским», по­даренной им Шкловскому в 1923 году — не просто подаренной — посвященной ему, он увидел (по моей оплошности) автограф Ираклия Андроникова: «Дорогой Виктор Борисович! Поздравляю тебя и дарю книгу, уже посвященную тебе. Благодарю тебя за все и желаю долгой жизни книге о Маяковском и ее авто­ру. Твой Ираклий Андроников. 25 янв. 1940 г.». Оплошность моя заключалась в том, что книгу Якобсона Шкловский передарил мне, как бы показав, по мнению Якобсона, что его сочинение «ничего для Виктора не значило». «Но он в принципе стихами не интересовался», — я пытался отвести грозу. Роман Якобсон вздохнул. Я сам понимал, что горожу чушь.  Он уже раз потерял первый экземпляр», — сказал Якобсон и перешел на другое.
Это было самым интересным. Я ужо тогда занимался сербским стихом, и мое «открытие» о музыкальном характере ударений в сербском стихе, в то время как в русском оно основано на силе и долготе звука оказалось... изобретением велосипеда. Якобсон открыл подаренную мне книгу и на с. 22 нашел соответствующее разъяснение этой разницы. Дело было лишь в формулировке - научной, общепринятой в филологии у Якобсона и дилетантской, «образной» у меня. Я вспомнил, как снисходительно и мягко критиковал мои главы готовившейся в конце 50-х, но выпущен ной только в 1963 году «Книги про стихи», где я упорно отстаивал музыкальную природу интонации, а не «риторическую», Лев Иванович Тимофеев. Я был на верной тропе, но просто не мог доказать свою право­ту. Мы говорили на разных языках. Я понял это имен­но после прочтения книги Романа Якобсона.

Кстати, некоторым утешением для автора книги послужило то обстоятельство, что наряду с моими пометками на полях оказались и характерные, волнооб­разные (красным карандашом) отчеркивания и даже отдельные замечания... Виктора Шкловского. Значит читал, работал, учитывал мысли своего давнего дру­га, а ныне недоброжелателя, идейного протагониста". [319-320]

Между тем, там есть история и про Арагонов, приехавших в Москву. С ними Огнев встречается у Лили Брик: "Эльза спросила: как я нахожу Шкловского. Я знал, что Серафима Густавовна ненавидела сестру ЛЮ, не прощала не только «ZOO, или Письма не о любви», но и безгрешного «Сентиментального путешествия» (оно, кстати, было переиздано полным тек­стом вместе с «Письмами не о любви» только в 1990 году!), и встреча с Виктором Борисовичем была невозможна. «ZOO» Шкловский включил в 1964 году в «Жили-были». По чего это стоило старику! Серафи­ма Густавовна, поддававшая изрядно в момент расстройства чувств, была похожа на тигрицу. Мы с женой были не раз свидетелями таких сцен. Так, однажды мы застали ее за пианино, когда она, аккомпани­руя себе указательным пальцем, на мотив «Мурки» пела: «Эльза, моя Эльза, Эльза дорогая!» В.Б. смущён­но пытался ее урезонить. Но не тут-то было. Мы по­пятились к выходу...

В тот приезд Арагона и Эльзы я горячо стал расска­зывать о своем любимом старшем друге, благо было что рассказать — я посещал В.Б. едва ли не ежедневно. ЛЮ стала его хвалить, но как-то сдержанно. Она знала, что напряжение между Романом Якобсоном и В.Б. суще­ствовало уже тогда, а западная интеллигенция, в том числе и Арагон, холодновато относилась к «новому Шкловскому». ЛЮ умело сменила тему.

— Вы просили рукопись Осипа о ритмико-синтаксических фигурах, — сказала она мне. — Да, Виктор любил эту статью. Я её приготовила. Васенька, при­неси — она там, где... ну, слева в стопочке...

Разговор о Шкловском оборвался". [324]

Извините, если кого обидел

Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 2 comments