Березин (berezin) wrote,
Березин
berezin

Categories:

История про фильм "Строгий юноша"

.

Из записной книжки 1990 года:  "Смотрел впервые в жизни фильм "Строгий юноша" тридцать пятого года.
В этом фильме интонация разговоров из самоучителя иностранного языка, и, действительно, язык персонажей кажется иностранным. Они не говорят, а изрекают сентенции, особенно, когда убеждают друг друга: "Неужели ты не понимаешь?". Хотя, может, на странности речи героев повлияло несовершенство техники звукового кино в середине тридцатых. По сути, это немое кино, только некоторые эпизоды озвучены репликами.
У юноши, придумавшего "Третий комплекс ГТО", значок Ворошиловского стрелка. Строгий юноша с буквой "Д" на груди, эмблемой спортивного общества, которое в пику "ЦСКА", патронировало НКВД-МВД. Впрочем, это не юноша, это молодой человек. Юноша-то всегда некрасив: прыщав, у него ломается голос: "Гуманность нужна: чтобы не только любить, но и ненавидеть". Рефреном девушка произносит всё то же вечное: "Ну, неужели ты не понимаешь?".
Юношу зовут Гриша, он совершенно еврейского вида. Только примерно на двадцатой минуте фильма он оказывается "Ивановичем". Неведомая "некрасивая Катя", почему-то появляющаяся дома у Гриши.
При этом, герои между делом мчатся, стоя на колесницах, будто римляне. Это тяготение к империи, к Риму, ко всему тому "у-топос", где экономика подменена волей. Утеряны кадры, наука отменена. Людьми руководят не законы, а представления. Рифеншталь должна завидовать этому миру.
В фильме удивительно то, что там по-настоящему чёрное и белое. Чёрно-белый мир не редкость в искусстве, но тут это деление буквально: все положительные герои в белом, половинчатый профессор в чёрных брюках и белой рубашке. Его приживал весь в чёрном - это  знак, признак цвета. Приживал, кстати, лает через забор, будто мраморный дог. Они лают вместе.
"Строгий юноша" - история про людей и статуи. Это те самые "Они как живые", как сказал Сталин на станции метро "Площадь революции", только в отличие от тёмных бронзовых фигур из метрополитена, эти - из алебастра. Один персонаж даже притворяется дискоболом, стоящим на верхушке колонны. Колонны, многочисленные в этом мире, почти те же статуи. Причём там множество оград - с завитком в доме с садом, прямые пики у стадионов.
Героиня пухлая, как немецкие агитационные женщины. Муж Ольги из ЦК, похожий на оловянного солдатика, с виду мичман-прапорщик, вознесённый революцией, что аттестует себя адмиралом. Профессор минут пять моет руки с невероятной тщательностью. Потом на эти руки надевают резиновые перчатки. Потом он этой рукой в перчатке поворачивает вперед и назад тумблер какого-то оживительно-электрического прибора. Все, операция заканчивается.
Рядом с ним - другой старичок, похожий на Максима Горького - Иван Германович, который тоже моет руки, но ничего после этого не делает, узнав про путешествие в Лондон, просит подарить лондонскую шляпу, долго препирается с профессором Степановым,  пока тот,  наконец ему не отказывает. После этого старичок показывает всем свою лысину и сообщает, что  лысому шляпа не нужна. Это уже подарок не для Рифеншталь, а для Бунюэля.
При этом такое впечатление, что весь этот абскурд из-за того, что имперский ампир в это время как раз откусил голову романтическому конструктивизму. Конструктивизм-то был тоже имперским, но именно что романтическим и вегетарианским. И вот голова откушена, но спинной мозг велик, тело по инерции ещё движется, загребая ногами и создавая очень странные произведения.
В "Строгом юноше" есть ещё и другое обстоятельство:  слова персонажей и мизансцены повторяются по нескольку раз - от этого абсурд сгущается, повторно, как почтальон стучится в дверь.
Всё там интересно, даже немотивированность слов и поступков и открытый финал. Добренко пишет: "Сценарий был опубликован в августовской книжке "Нового мира" за 1934 год, в дни работы Первого съезда советских писателей, где Жданов провозгласил свою известную формулу соцреализма, в котором "умение заглянуть в наше завтра [...] не будет утопией, ибо наше завтра подготовляется планомерной работой сегодня". Именно так и восприняли текст Олеши современники: по словам репортера "Литературной газеты" о прошедшем обсуждении сценария в Московском Доме писателей, он был воспринят как "попытка приподнять завесу над ближайшим, реально осязаемым будущим, нащупать проблему моральных взаимоотношений в бесклассовом обществе, отправляясь от сегодняшней конкретной действительности СССР". Олешу за сценарий ругали и справа и слева - за мелкие конфликты, Белинков же - за то,  что "писатель хотел разрешить социальный конфликт, а разрешил любовный". Он произвел "подмену социального конфликта пустяком".



Извините, если кого обидел.
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 4 comments